Главная » Спорт » Переписать историю

Переписать историю

Фото: Matt Winkelmeyer / Getty Images

Татьяна Макфадден — шестикратная чемпионка и девятикратный призер Паралимпийских игр в гонках на колясках. Она выступает за США, хотя сама — русская и родилась в Ленинграде в 1989 году. При рождении врачи сказали матери девочки, что передвигаться самостоятельно ребенок не сможет из-за порока развития позвоночника, и женщина отказалась от дочери. Из интерната, где Татьяна научилась ходить на руках из-за нехватки инвалидных колясок, в шестилетнем возрасте ее забрала гражданка США Дебора Макфадден. Она вырастила девочку вместе с партнершей Бриджит. Сейчас спортсменка готовится к Играм-2020, участвует в популярных американских телешоу, много времени уделяет борьбе за права детей-инвалидов по всему миру и требует отмены российского «закона Димы Яковлева». О трудном детстве, жизни в США и борьбе с дискриминацией Татьяна рассказала «Ленте.ру».

Переписать историю

18 августа 2019 года Татьяна Макфадден одержала очередную победу — в престижной гонке New Balance Falmouth Road Race, которая ежегодно проводится в городе Фалмут, штат Массачусетс. Дистанцию длиной в семь миль (11,3 километра) спортсменка преодолела за 26 минут и 15 секунд и побила собственный рекорд 2015 года (26 минут 27 секунд). Участие в подобных соревнованиях — часть подготовки к Паралимпийским играм-2020.

Сейчас в ее коллекции уже шесть золотых медалей: по три из Лондона-2012 и Рио-де-Жанейро-2016. Еще в активе Макфадден в общей сложности десять серебряных и бронзовых медалей Игр — девять за гонки на колясках и одна за лыжные гонки, из Сочи-2014. Кроме того, Татьяна — многократная чемпионка марафонов в Чикаго, Бостоне, Лондоне и Нью-Йорке и трехкратная обладательница «Большого шлема» (он вручается спортсмену, за один год выигравшему все главные марафоны). Она стала первым в истории спортсменом с ограниченными возможностями (среди женщин и мужчин), кому покорилось это достижение. А в 2016 году Татьяна установила несколько мировых рекордов в гонках на колясках на дистанциях 100, 400, 800, 1500 и 5000 метров. За все это ее удостоили премии ESPY — спортивного «Оскара», вручаемого американской сетью телевещания ABC.

В США Макфадден знают в лицо даже далекие от спорта люди. Кроме рекламы бренда спортивной экипировки Nike, в которой снялась гонщица, ее можно увидеть и в популярных телешоу. Например, она была гостьей «Project Runway» — программы о дизайне одежды, которая выходит на канале Lifetime Television. Татьяна также не раз появлялась в эфире Radio BBC, Voice of America («Голос Америки») и National Public Radio (NPR). Три года назад спортсменка выпустила книгу: «Я решила рассказать истории и показать фотографии, которые не публикуются в средствах массовой информации, потому что хотела, чтобы вы все были удивлены», — написала она на своем сайте. В 2017-м журнал Forbes включил Макфадден в список «Лучших 30 до 30 лет». А на сайте Международного паралимпийского комитета спортсменку назвали «возможно, лучшей гонщицей всех времен».

Но всего этого — спортивной карьеры, известности, признания — у Татьяны могло и не быть. Если бы в 1995 году из Дома ребенка №13 в Санкт-Петербурге ее не забрала американская чиновница Дебора Макфадден.

«Я бродила по детдому на руках»

«У меня не было инвалидной коляски, но я научилась ходить на руках. К счастью, персонал и директор не мешали мне таким образом бродить по детскому дому», — вспоминает Татьяна в беседе с «Лентой.ру».

В Дом ребенка №13 она попала, когда ей не было и трех месяцев. При рождении врачи поставили диагноз — спинномозговая грыжа позвоночника, как следствие — паралич нижних конечностей. Когда девочке был месяц, ей удалили опухоль в пояснично-крестцовом отделе. Причиной отклонений могло стать то, что отец девочки был инженером и работал в районе Чернобыля после катастрофы на АЭС. От ребенка отказалась мать, Нина Полевикова, которая надеялась, что в учреждении о маленькой Тане врачи и воспитатели позаботятся лучше, чем дома. Но дело было в начале 1990-х, так что опрометчиво было рассчитывать на многое. «Там была детская площадка с песочницей и качелями, но я не могла на них покачаться. Конечно, медицинские возможности были очень ограничены, но люди, которые работали в интернате, делали все возможное. Я очень полюбила директора Наталью. Она была так добра ко мне», — рассказывает спортсменка.

Интеллектуально девочка развивалась нормально. Но, по существующим тогда правилам, в четыре года она все равно должна была отправиться в детский дом-интернат для умственно отсталых детей. Система была такой: дети, вне зависимости от состояния здоровья, до четырех лет жили в психоневрологических домах ребенка. Статус «психоневрологический» ничего не значил. Потом они переводились либо в детский дом, либо в детский дом-интернат. Детские дома относились к Министерству образования и принимали только тех, кто может осваивать программу массовой школы, то есть интеллектуально сохранных. В дома-интернаты попадали дети с психофизическими нарушениями. Случаи, когда инвалидность не влекла нарушений интеллекта, были редкими, и отдельных правил для таких детей не существовало. Эти дети были вынуждены жить среди сверстников с ментальными нарушениями только потому, что имели физическую инвалидность.

Девочку это не коснулось благодаря Наталье Васильевне Никифоровой, бывшему главному врачу Дома ребенка №13, о которой с такой теплотой вспоминает Татьяна сейчас. (В июле 2019 года Наталья умерла на 67-м году жизни. Как раз в то время «Лента.ру» пыталась договориться с Макфадден об интервью. Для спортсменки случившееся стало большим потрясением, так что разговор пришлось отложить на несколько недель).

Сама Наталья в интервью порталу «Невское время» объясняла: «Диагноза «паралич нижних конечностей» городской комиссии тогда оказалось достаточно, чтобы девочке с ясным умом по старой квалификации поставить диагноз «дебильность». Поэтому Татьяну хотели забрать в Павловский интернат, но я ее не отдала, несмотря на два постановления прокуратуры. Попади девочка в интернат, она бы просто пропала». Так что до шести лет Татьяна росла вместе с детьми без инвалидности и могла, насколько позволяло здоровье, участвовать в повседневной жизни приюта.

«Помню тонкие Танины ножки, всегда холодные»

«Лента.ру» связалась с петербургским Домом ребенка (Специализированный психоневрологический дом ребенка №13) и попросила сотрудников, которые застали Татьяну в учреждении, рассказать, какой она была в детстве. Оказалось, что бывший главный врач Наталья Никифорова до этого уже собирала в электронном виде воспоминания медсестер и воспитателей о девочке, а также записывала собственные. Врио главного врача Ирина Полянская предоставила нам этот файл. Вот отрывки:

Наталья Никифорова: «Я стала главным врачом Дома ребенка в мае 1988 года. А 13 июля 1989 года к нам поступила Танюша. Я помню маленькое бледное тельце и широко открытые глазки. Меня очень огорчает, когда я читаю статьи о Тане, где написано, что она была очень ослабленной, на грани смерти, и я молилась за нее каждый день. Это неправда! У меня никогда не было тревоги за Танину жизнь. Нас очень радовало ее психомоторное развитие. Танюша очень рано стала применять руки для активного передвижения. Но я обязательно хочу сказать, что жизнь Тани в Доме ребенка была очень тяжелой. В группах проживали по 10-15 детей, они переводились по возрасту из одной группы в другую. Таня четыре раза пережила такие переводы из одного окружения в другое. Но ее хорошее психическое развитие и двигательная активность способствовали тому, что она всегда находилась в группах с физически здоровыми детьми.

Очень печально, но в холодные времена года, опасаясь простуд, персонал часто оставлял Таню в манеже или кроватке. Думаю, в это время она наблюдала, как дети за столиками рисуют, занимаются. Именно эти переживания звучат в Таниных интервью, когда она говорит, что росла в самом бедном Доме ребенка, где не было даже карандашей, чтобы рисовать. Была еще одна очень печальная история. С Таней в одной группе росла девочка, тоже Таня, Кулешова. В группе появились очень красивые, лаковые розовые туфельки, украшенные кружевным бантиком, и их надели на Таню [Кулешову]. Таня [в будущем Макфадден] очень эмоционально отреагировала, потребовала эти туфли. Но какая-то «добрая» тетя грубо сказала ей: «А тебе зачем?»

Я помню тонкие Танины ножки, всегда холодные, на которые и зимой, и летом надевали теплые вязаные носочки. Таня называла меня «Васильевна» и понимала, что если она громко закричит, то я приду в группу. Ей не хватало личного общения со взрослыми, и она всеми возможными способами привлекала меня. Однажды, когда я была уже у порога, Таня резко закричала и заплакала, закрыв один глаз рукой: «Васильевна, Васильевна, у меня глазик болит!». Ну что же, при такой настойчивости приходилось брать Таню в свой кабинет «пить чай». Я могла сидеть за своим столом, делать какую-либо работу. Мы тихо общались, и только после этого умиротворенная Таня соглашалась пойти в группу. Она понимала, что я могу ее защитить, а я боялась разочаровать ее».

Татьяна Михайлова, медсестра бассейна: «Когда Татьяна была помладше, ее нужно было опускать в бассейн и вынимать из него. Но с каждым годом она становилась все более самостоятельной. Ее частыми словами стали: «Я сама». Она хотела всем доказать, что все умеет, и на одних руках поднималась и спускалась по лестнице в бассейн. Ей очень нравилось заниматься в бассейне, с открытыми глазами она опускала лицо в воду, дула на водичку, плавала с надувным кругом, играла с надувными игрушками и лейками. Ей нравилось, как течет вода. Она не уходила из бассейна до тех пор, пока вода не уйдет из чаши, и просила: «Можно мне подождать, когда водичка уйдет? Я игрушки помогу собрать».

Она во всем стремилась к самостоятельности и когда подросла. Ложилась на маленькую низкую коричневую кушетку и одевалась сама. В первый раз, когда она сделала это, я была очень удивлена и похвалила ее. Она в ответ сказала, что умеет все сама делать: умываться, вытираться, зубы чистить, кушать, одеваться на прогулку…»

Из воспоминаний других медицинских сестер: «Татьяна всех взрослых называла по имени. В общении она была ласковой, общительной, любознательной девочкой. Помогала младшим ребятам одеваться: застегивать пуговицы, кнопки, натягивать колготки, завязывать шнурки».

Конечно, в Доме ребенка надеялись, что Татьяну рано или поздно удочерят. И не зря: в 1994 году в Санкт-Петербург с гуманитарной миссией приехала Дебора Макфадден, советник по правам детей-инвалидов при правительстве США.

«Они считали меня идиоткой»

Историю Деборы в 2018 году рассказывал «Би-Би-Си». Проблемами детей-инвалидов эта американка занялась после того, как однажды ее саму парализовало.

Дебора была студенткой и подавала большие надежды в фехтовании, но внезапно на нее нашла сильная слабость. Врачи диагностировали синдром Гийена-Барре — острое аутоиммунное заболевание, которое в конце концов и обездвижило девушку. Прогноз при этом синдроме в 80 процентах случаев благоприятный: к больным возвращается способность ходить. Но восстановление требует времени.

Дебора использовала электрическую инвалидную коляску, чтобы передвигаться. Это было тяжело, но куда сложнее было адаптироваться в обществе. Девушка на себе испытала, с каким пренебрежением к инвалидам относятся здоровые люди. Долгое время Макфадден не могла устроиться на работу, с трудом ее взяли в колл-центр. «Они считали меня идиоткой. Почему?», — спрашивала она. Лишь спустя 12 лет Дебора вновь встала на ноги. И решила, что облегчить жизнь людям с ограниченными возможностями любым способом, — ее призвание.

Она начала добиваться принятия в США закона в защиту инвалидов. «Я знала, что такое дискриминация, поэтому я старалась быть очень активной в политическом плане, чтобы изменить систему», — признавалась американка. Ее действия привлекли внимание тогдашнего президента Джорджа Буша-старшего, который назначил Дебору уполномоченной по делам инвалидов в Соединенных Штатах. И вскоре появился Americans with Disabilities Act (ADA) — Закон об американцах с ограниченными возможностями (запрет на дискриминацию по признаку инвалидности; она приравнивалась к дискриминации по признаку расы, религии, пола, национального происхождения и признавалась незаконной — прим. «Ленты.ру»).

Американка по имени Таня

Вообще-то, Дебора в России не собиралась никого усыновлять, но, попав в Дом ребенка №13, увидела там Татьяну. «Когда я вернулась в гостиницу, то никак не могла перестать думать о ней. Я сказала своим коллегам, что собираюсь вернуться в тот Детский дом», — цитирует ее «Би-Би-Си». И женщина действительно стала навещать девочку каждые шесть недель, пока ей не сказали, что вскоре, если ребенка все-таки переведут в интернат Павловска, это станет невозможно.

Тогда Дебора связалась со своей партнершей Бриджит, которая ждала ее в Балтиморе, и спросила ее мнение об удочерении русской девочки. Спустя 12 месяцев Татьяна переехала в приемную семью и взяла новую фамилию. «Многое было для меня впервые. Лететь на самолете. Иметь неограниченное количество еды, свою одежду, комнату, игрушки. В первый раз идти в школу. Получить возможность исследовать мир с помощью инвалидной коляски. Но главное — у меня впервые была семья. Я наконец смогла сказать, что у меня есть мама!» — вспоминает Татьяна.

В США девочке обеспечили должную медицинскую помощь. Но этого оказалось недостаточно: «Я была очень слаба, когда приехала из России. Врачи сказали, что я не смогу прожить долгую жизнь из-за моего ослабленного состояния. Родители решили, что в дополнение к лечению и хорошему питанию, я должна заниматься спортом. Сначала они отдали меня в плавание и увидели, что это помогает мне стать сильнее». Однако надолго в этом виде спорта девочка не задержалась. Она попробовала также баскетбол и хоккей, но больше всего ей были по душе гонки на колясках.

При этом попасть в секцию девочке было не так уж легко. Хотя ситуация с адаптацией инвалидов в США была лучше, чем в России, система в те годы еще не была налажена. Так что поначалу заниматься приходилось в частном порядке.

«Они не понимали, что для бега не нужны ноги»

Карьера Макфадден развивалась стремительно. После ряда успешных стартов в 2004 году она вошла в сборную США: 15-летняя Татьяна стала самой молодой спортсменкой команды. На первых для себя Паралимпийских играх в Афинах гонщица завоевала две медали, серебро и бронзу на дистанциях 100 и 200 метров соответственно. Желание доказать всем, что она может стать лучшей, только крепло.

Но по возвращении с Игр спортсменка неожиданно столкнулась с проблемами. «Я решила присоединиться к команде по легкой атлетике в средней школе. Но там никогда не видели никого в беге на колясках и сказали, что я не могу быть с ними. Они не понимали, что для бега могут быть не нужны ноги, можно использовать руки, когда бежишь в инвалидной коляске», — говорит Татьяна. По этой причине ей пришлось присоединиться к борьбе, которой посвятила себя Дебора, — за права людей с ограниченными возможностями.

«Как бы мы ни старались убедить их, они говорили «нет». Но ведь моя мама помогала писать ADA. Она знала, о чем был этот закон, поэтому мы подали в суд на школу за право бегать. А потом уже я приняла участие в составлении нового закона. Через год мы представили «Акт о равенстве в спорте и фитнесе», или «закон Татьяны». Сначала только для штата Мэриленд, но затем мы обратились к президенту Обаме, и закон стал федеральным. Он гласит, что, если у вас есть инвалидность и вы учитесь в школе, школа должна предоставить вам все условия», — объясняет Макфадден.

Это дало плоды: «В настоящее время в Соединенных Штатах существует множество паралимпийских спортивных программ для детей. В школах также созданы клубы, в которых учащиеся-инвалиды интегрируются в обычные виды спорта и могут заниматься, например, баскетболом на колясках или следж-хоккеем (хоккей на санях — прим. «Ленты.ру»). Я так рада видеть, что много детей занимаются спортом», — говорит чемпионка.

«Хотела вернуться в Россию и показать, что инвалидность не имеет значения»

На вторых для себя Паралимпийских играх в Пекине в 2008 году Татьяна завоевала три серебра и одну бронзу. К тому моменту в семье Макфадден появились еще две приемные девочки, Ханна и Рути, которые родились в Албании. Рути физически здорова, а Ханне в детстве ампутировали ногу из-за деформации кости. Она тоже увлекалась гонками на колясках: высокие результаты позволили ей присоединиться к Татьяне в сборной США во время подготовки к Играм-2012 в Лондоне.

Они стали первыми сестрами, принявшими участие в Паралимпиаде. Ханне попасть в тройку сильнейших в гонках не удалось, зато Татьяна выиграла четыре медали. Три из них — золотые. На вопрос, какая награда для нее самая памятная, спортсменка отвечает: «Мое первое золото, на дистанции 400 метров в 2012 году».

Источник: lenta.ru

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Check Also

Звезды Тутберидзе, Туктамышева, японки: финалы Гран-при после ОИ-2014

Финал серии Гран-при по фигурному катанию стартует в Турине 5 декабря с коротких программ спортивных ...